рус

Категории «процесс-механизм» в контексте исследования развития

Фундаментальный методологический принцип (а в отношении к реальным объектам он является гипотезой), что системы такого рода, как деятельность вообще, речь-язык, мысль-мышление, проектирование и т.п., не просто изменяются с течением времени, а развертываются или развиваются предъявляет очень жесткие требования к способам анализа и описания этих систем. Заявив, к примеру, что «проектирование» — развивающийся объект, мы берем на себя обязательство представить его либо в виде самостоятельно развивающегося целого, либо в виде меняющегося элемента развивающегося целого, либо, наконец, в виде искусственно развертываемой организованности какого-то целого, а это каждый раз означает — построить такие модели объекта и так задать предмет изучения в целом, чтобы «проектирование» действительно представало как развертывающееся или развивающееся целое. Иначе говоря, генетический подход в исследовании содержит специфические методологические и логические требования к целостности предмета изучения и к целостности моделей, изображающих объект.

Этим требованиям не так-то легко удовлетворить и может быть поэтому в реальной истории наук, имевших дело с развивающимися объектами, с ними часто просто не считались. Но объекты жестоко наказывали за это — об этом красноречиво говорят многие факты истории языкознания, логики, культурологии, социологии и др. Поэтому сейчас, внимательно анализируя опыт прошлого, мы должны заново поставить и решить эту методологическую проблему.

Среди прочего важное место в ней принадлежит вопросу соотношения и связи категорий «процесс — механизм».

Адекватное изображение «развития» какого-либо предмета, в том числе и «проектирования», обязательно включает две противопоставленных друг другу и, вместе с тем, связанных между собой системы. Одна должна изобразить процесс  изменения исходно заданного предмета, другая — механизм этого изменения  (рис. 1).

Любой механизм, как это следует уже из способа введения понятия, производит процесс изменений объекта. Это значит, что его действие не ограничивается каким-либо одним моментом, а продолжается достаточно длительное время и в этом промежутке может быть разбито на части, соответствующие частям исходного процесса. Следовательно, действие механизма в свою очередь может быть представлено в виде процесса.


Рис. 1

В зависимости от того, как мы дальше представим взаимоотношения и связи между процессом изменений и производящим его механизмом, мы получим, с одной стороны, различение двух типов механизмов — «машин» и «естественных механизмов», а с другой — различение «продуцирования» и собственно «развития».

Например, можно предположить, что механизм, создавая процесс изменений, остается при этом сам неизменным и вообще не испытывает никаких обратных влияний со стороны процесса изменений; некоторые реальные случаи машинного производства приближенно могут быть сведены к такой модели. Но можно также предположить, что процесс изменений оказывает обратное воздействие на механизм и меняет его характер.

Здесь может случиться так, что это обратное воздействие просто разрушает механизм, выводит его из строя; и таким образом прекращается и сам исходный процесс изменений. Но бывает и так, что обратное воздействие процесса на механизм не уничтожает его, а лишь видоизменяет сам механизм и характер его действия. В этом случае мы можем осуществить симметричное оборачивание схемы и рассмотреть сам исходный процесс как механизм, производящий процесс изменений в той структуре, которая первоначально выступала у нас в роли механизма. Тогда получится слойка из двух противоположно ориентированных структур, как бы наложенных друг на друга (рис. 2).

В общем случае изображения процесса и механизма дают принципиально разные предметы изучения, даже если они вводились на одном и том же материале; это объясняется прежде всего различием средств их изображения: процесс задается обычно в параметрической форме, а механизм — в структурной. Поэтому две структуры, представленные на рис. 2, остаются, по сути дела, не связанными в одно целое. Это обстоятельство создает формальные условия и возможность такого расхождения , когда процессы изменения, происходящие в каждой части, разрушают механизмы, и целое как бы разваливается, перестает существовать. Рассматривая эту формальную возможность в онтологическом плане, можно сказать, что объект, изображенный в подобной схеме, оказывается либо не целостным, либо же целостным, но неустойчивым с точки зрения перспектив обоих процессов. Наоборот, чтобы объект такого рода был целостным и устойчивым в своем существовании, между двумя образующими его процессами изменений должны существовать еще зависимости, превращающие их в один процесс. И только в тех случаях, когда это условие выполнено, мы впервые получаем то, что может быть названо развитием.

Рис. 2.

С формальной стороны это означает, что оба структурных изображения механизмов должны быть объединены в одну систему и одну структуру, а оба параметрических изображения процессов представлены как «стороны» или аспекты единого процесса изменений, протекающего в этой объединенной структуре (или через нее).

Именно поэтому во всех достаточно глубоких работах, касающихся понятия развития, фиксируют обычно три признака: 1) структурное изменение состояний объекта, 2) обусловленность последующего состояния предыдущим. 3) наличие внутри объекта механизма, позволяющего говорить об имманентности перехода от предшествующего состояния к последующему.

Но, чтобы зафиксировать структурные изменения состояния объекта (сейчас это не нужно уже доказывать), необходимы специальные модели объектов, во-первых, изображающие его состав и строение, а во-вторых, изображающие их гак, чтобы в этом можно было увидеть основание и механизм структурного изменения. И точно так же, чтобы зафиксировать в теоретическом плане действие механизма развития, нужно установить между последовательными структурными изображениями состояний объекта такие зависимости и связи, которые позволили бы сводить последующие состояния к предыдущим, а затем выводить их. из предыдущих на основании этих связей.

Подход к построению теории проектирования с точки зрения представленной таким образом категории развития заставляет нас, во-первых, иерархировать структуру теории, противопоставляя в ней системы, описывающие изменения исходно выделенного объекта, системам, описывающим механизмы этих изменений, а во-вторых, расширять исходное представление об объекте, существенно меняя его границы, строение и онтологический статус.

Более детально и конкретно строение теоретической системы такого рода будет определяться нашими представлениями о том: 1) что такое механизм вообще; 2) какие бывают виды механизмов; 3) к какому виду относятся механизмы производящие изменения проектирования; 4) в каких знаниях и системах знаний описываются разные виды механизмов; 5) в каких отношениях внутри единой системы теории стоят друг к другу описания изменений исходно выделенного объекта и описания механизмов этих изменений.

Литература

The concept of development. An issue in the study of human Behavior / Ed. by D.B.Harris. Minneapolis. Univ. of Minnesota Press, 1957.

Грушин Б.А. Очерки логики исторического исследования. М., 1961.

Грушин Б.А. Процесс развития: логическая характеристика категории в свете задач исторической науки // Проблемы методологии и логики наук. Из-во Томского госуниверситета, 1962.

Щедровицкий Г.П. Методологические замечания к педагогическому исследованию игры // Психология и педагогика игры дошкольника. М., 1966.

Щедровицкий Г.П. О методе семиотического исследования знаковых систем // Семиотика и восточные языки. М., 1967.

Щедровицкий Г.П. Об исходных принципах анализа проблемы обучения и развития в рамках теории деятельности // Обучение и развитие. Материалы к симпозиуму, М., 1966.

 
© 2005-2007, Non-Profit Research Foundation "The Schedrovitsky Institute for Development"
Address: Orjonikidze 9/2 entrance 5, office 2. Moscow Russia 114519
tel./fax: +7-495-775-07-33
e-mail: